В последнее время политики стали приводить опыт Сингапура в качестве примера для Кыргызстана. Чем примечательна это страна? Сингапур – страна с небольшим населением в 5,2 млн. человек и общей площадью территории в 5 раз больше города Бишкек. При этом ВВП Сингапура составил 260 млрд. долл. в 2011 году, что превышает ВВП 46-миллионной Украины. Объем прямых иностранных инвестиций (FDI) в Сингапур сопоставим с объемом инвестиций в Россию.
Каким образом весьма скромная по территории и населению страна добилась таких потрясающих результатов?

Эти результаты были достигнуты благодаря высокому уровню экономической свободы сингапурских граждан. Экономическая свобода определяется, как свобода производить, торговать и потреблять любые товары и услуги, приобретаемые законным путем. Экономическая история показывает, что универсальные принципы экономической свободы приносят процветание любой стране, вне зависимости от ее начальных условий.

Для лучшего понимания сути экономической свободы обратимся к 10 критериям, на основе которых определяется индекс экономической свободы стран мира. Сингапур имеет наилучшие показатели в мире по этим критериям после Гонконга. Ниже эти критерии, для выразительности, будут представлены в идеале:

1.    Свобода бизнеса. Правовые рамки позволяют легко и быстро открыть, вести и закрыть бизнес.
2.    Свобода торговли. Отсутствуют таможенные пошлины, нетарифные барьеры сведены к минимуму. По легкости ведения торговли Кыргызстан находится на 171 месте из 183 стран в рейтинге Doing Business 2012.
3.    Монетарная свобода. Отсутствует контроль цен и необеспеченное увеличение денежной массы.
4.    Государственные расходы. Чем ниже госрасходы, тем лучше. В идеале госрасходы не превышают 15-17% от ВВП. В 2011 году госрасходы КР составили 34% от ВВП.
5.    Фискальная свобода. В основном характеризуется низкими налогами, не превышающими в совокупности 15-17% от прибыли. Согласно отчету Doing Business 2012 компания среднего размера в КР обязана уплатить налогов в размере 69% от прибыли. А потраченное время на администрирование налогов составляет 210 часов или 26 рабочих дней в году.
6.    Защита прав частной собственности. Государство обеспечивает защиту прав частной собственности и не допускает, в том числе со своей стороны, нарушение этих прав.
7.    Свобода инвестиций. Отсутствуют барьеры для притока и оттока инвестиционного капитала. Физическим и юридическим лицам разрешается перемещение своих ресурсов внутри и между странами без каких-либо ограничений.
8.    Финансовая свобода. Отсутствует государственный контроль и вмешательство в финансово-банковский сектор.
9.    Свобода от коррупции. Коррупция разрушает экономическую свободу путем привнесения ненадежности и неопределенности в хозяйственные отношения. В странах с высоким уровнем экономической свободы наблюдается низкий уровень коррупции, так как устраняется первопричина коррупции – зарегулированность законодательства и, как следствие, экономики.
10.    Свобода труда. Основой трудовых отношений является контракт, а не трудовой кодекс.
Исследования указывают на прямую корреляцию: доходы стран с высоким уровнем экономической свободы в 5 раз превышают доходы стран с низким уровнем экономической свободы.

Почему экономическая свобода приносит быстрые и ощутимые результаты в отличие от государственного планирования и регулирования экономики? Почему сокращение экономических функций государства и передача ответственности за принятие экономических решений предпринимателям приводит к стремительному росту благосостояния всего общества?

На концептуальном уровне, это объясняется тем, что частные предприниматели обладают индивидуальной релевантной информацией о своих ресурсах и предприятиях, что позволяет им принимать эффективные и продуктивные решения. Предприниматели также имеют мощный стимул в виде механизма прибылей и убытком. Другими словами, при принятии правильных решений предприниматель получает прибыль, при ошибочных решениях терпит убытки.

Государство, в лице чиновников, не может принимать эффективные экономические решения, так как не может обладать и, следовательно, проанализировать всю необходимую информацию, имеющуюся у предпринимателей. Вдобавок к этому в государственной системе отсутствует механизм поощрения и наказания. Чиновники распоряжаются бюджетными средствами, то есть издержки, и потери вследствие их неправильных решений несет третья сторона – налогоплательщики.

Подытожив вышесказанное, можно сделать следующий вывод: наилучший экономический эффект достигается в условиях, когда государство обеспечивает прозрачные и надежные правовые рамки для функционирования рынка и минимизирует свое влияние на экономику.

Роль государства – быть нейтральным арбитром, следящим за соблюдением правил игры всеми участниками. Для Ли Куан Ю, отца экономического чуда Сингапура, такое видение было основополагающим. Сингапур, достигнув второго места в мировом рейтинге экономической свободы после Гонконга, уже несколько десятилетий уверенно удерживает свою высокую позицию. Эта страна превратилась в тихую благодатную гавань для инвесторов с предсказуемой в долгосрочном периоде политикой власти.

Сможет ли Кыргызстан повторить опыт этого «азиатского тигра»? К сожалению, такой вариант развития событий маловероятен. Улучшение экономической свободы предполагает устранение государственных барьеров и сокращение функций и полномочий власти в сфере регулирования экономики. Вопрос о готовности власти идти на такие меры звучит риторически. Мы находимся в ситуации, когда зависимость может быть излечена только самим зависимым, что, по сути, практически невозможно.

Почему же тогда политики заговорили о Сингапуре? Я вижу две причины. Первая причина: политики не знают или не понимают принципы экономической свободы, иначе бы они не упоминали опыт этой страны. Вторая причина: Сингапур – образец быстрых и эффективных реформ, проведенных авторитарной властью. Причем политики склонны делать акцент на авторитарной власти в качестве объяснения причины успешности Сингапура. Сингапур представляет собой симбиоз ограниченных политических свобод и экономической свободы. Такие политические системы обычно свойственны монархическим странам.

Поклонникам сингапурских реформ, идеализирующих Ли Куан Ю, следует понимать, что для него, последовательное улучшение показателей экономической свободы было единственным возможным путем к процветающей экономике в условиях полного отсутствия природных ресурсов и ограниченности территории. При наличии природных или иных ресурсов, Сингапур, скорее всего, стал бы авторитарной, коррумпированной страной с диагнозом «проклятие ресурсов».

Политики во всем мире воздерживаются от проведения прогрессивных реформ, стараясь сохранить статус-кво или усилить свои позиции. Реформы происходят только под давлением объективных и субъективных факторов.

Все же, станем ли мы свидетелями изменений в КР, если доверить всю полноту власти одному человеку – нашему «Ли Куан Ю»? Как показывает горький опыт нашей страны, единовластие приводит вместо положительных результатов к монополии и концентрации ресурсов страны в руках узкой группы лиц.

На мой взгляд, Кыргызстану предпочтительнее следовать примеру таких стран, как Австралия, Новая Зеландия, Швейцария, Канада, Эстония. Эти страны имеют парламентскую форму правления, которая способствует плюрализму мнений и сохранению политических свобод. При этом граждане этих странах экономически свободны и, как следствие, наслаждаются высоким качеством жизни.

Азис Иса
Глава отдела исследований CAFMI