Atlantico: В Австралийском исследовании утверждается, что китайцы, которые появились на свет в рамках политики одного ребенка, в меньшей степени готовы идти на риск и становиться предпринимателями. Кроме того, они не обладают такой верой в себя, общительностью и духом соперничества, как те дети, что родились до 1980 года. Китай может жестоко поплатиться за свою демографическую политику?
Пьер Пикар: В Китае были приняты две политических меры контроля за рождаемостью. Первая — это так называемый «поздний брак». Вторая — это введенная в 1979 году политика планирования семьи. Она напрямую касается лишь одной этнической группы, народности хань, на которую приходится примерно 90% всего населения. Под нее не подпадают ни этнические меньшинства, ни китайские крестьяне. Последнее время с учетом демографии люди все чаще получают право на второго ребенка, в первую очередь в Шанхае.
Считаю ли я, что результаты исследования верны? И да, и нет. Нет, потому что по всей стране, в городах и деревнях китайцы демонстрируют фантастический дух предпринимательства, причем, это касается людей 20, 30 и 40 лет. В том числе и поколения «единственных детей», которых также называют «маленькими императорами». У китайцев каждый день возникают мысли о том, как создать что-то новое. В то же время политика единственного ребенка сделала китайскую молодежь чуть менее открытой по отношению к обществу. Это точно такие же «дети-короли», как в Канаде, Франции, США и т. д. Молодежь забывает, какие усилия пришлось приложить отцам и матерям, дедушкам и бабушкам для того, чтобы жить или даже выжить. Своим нынешним уровнем жизни они обязаны именно им.
— В исследовании подчеркиваются отрицательные последствия подобного поведения для экономики. Что вы об этом скажете?
— Молодежь все меньше обращает внимание на императивы «коллективного благополучия» и строгость жизненного уклада. Она становится эгоистичной. При этом, она получила хорошее образование и с культурной точки зрения прекрасно относится к бизнесу и свободе предпринимательства. Китайских детей (даже если в семье и один ребенок) воспитывают в логике успеха: учеба, отдых, свадьба и, вполне возможно, продолжение семейного бизнеса для дальнейшего процветания. Родители вкладывают в детей много сил и средств. В результате эти молодые люди обладают множеством сильных качеств, касается ли то культуры или знания иностранных языков.
Сельская молодежь, в свою очередь, до сих пор не имеет доступа к плодам этого прогресса. Юный горожанин отличается большей независимостью, но и большим индивидуализмом. Он не ощущает такой сильной связи с семьей и родиной. У большинства молодых людей из сельских и горных районов нет средств для того, чтобы научиться бизнесу, однако они обладают большей солидарностью и динамизмом. Для большинства детей поколения «пост-1979» главное — это деньги, деньги и еще раз деньги.
— В чем заключается позиция китайского правительства по отношению к этой демографической политике?
— В общем и целом, Китай пытается объединить две методики: стабильность и реформы. Это стало залогом его экономических успехов. Это касается также общественной политики, регулирования рождаемости, промышленности, экологии и инфраструктуры. Когда Китай проводит реформы, то устраивает им испытания. Отсюда и смягчение демографической политики. Если результаты окажутся удовлетворительными, изменения будут закреплены. Отсюда и следует некая двойственность китайской политики.
Еще одним объяснением таких изменений является необходимость держать демографию под контролем. Семьям все чаще предлагают завести второго ребенка хотя бы для того, чтобы обеспечить в будущем устойчивость пенсионной системы. Сейчас в Китае насчитывается 1,4 миллиарда жителей. При смягчении демографической политики граждане, прежде всего горожане (главным образом в Шанхае), хотели бы перейти на западную модель. Представители среднего класса, которые могут похвастаться более высоким уровнем доходов, все более благосклонно относятся к идее расширения семьи. Тем менее, большинство китайцев полагают, что им нужно сосредоточиться на воспитании одного ребенка, чтобы у того были максимальные шансы добиться успеха.
Пьер Пикар, доктор геополитики из Университета Париж-VIII, специалист по Китаю.
Газета "Наш Мир"
