Ливийская нефть всегда была в центре интересов не только национальных, но и иностранных нефтяных компаний, а также различных государств, пытающихся использовать в выгодном для себя плане политическую борьбу и даже революционные настроения в этой стране. Находясь после революционных событий в сложном экономическом положении, Ливия, привлекая крупные иностранные компании, стремится повысить уровень нефтедобычи. Кто же из зарубежных игроков играет роль первой скрипки на ливийском нефтяном поле? Каковы шансы российского бизнеса вернуться на рынок этого североафриканского государства и помочь ливийцам достичь желаемого?
Объем добычи нефти в Ливии, лидирующей среди африканских государств по запасам этого сырья, не превышает 1,4 млн баррелей в сутки. По заявлению ливийского руководства, до конца текущего года страна планирует увеличить суточный показатель до 1,7 млн баррелей. Однако добиться этого будет непросто даже при помощи ряда иностранных компаний, которые возобновили деятельность на территории государства. Среди них – Eni, Wintershall, Total, OMV, Occidental. Почему?
Во-первых, частые кровопролитные столкновения в восточной части страны, где расположены основные месторождения, снижают производство «черного золота». Противостояние различных племен время от времени затрудняет эффективную работу нефтяной отрасли. Например, в прошлом году были выведены из строя несколько крупных нефтехранилищ. В результате в течение двух месяцев экспортеры не досчитались 60 — 70 тыс. баррелей в сутки. Из-за атак на нефтяные объекты со стороны протестующих в январе этого года производство сырья составило лишь 1,34 млн баррелей в сутки, что на 60 тыс. баррелей ниже декабрьского показателя.
Во-вторых, для начала надлежащего уровня нефтедобычи и масштабного экспорта сырья ливийской стороне необходимы солидные финансовые ресурсы, чтобы восстановить производственную инфраструктуру, серьезно пострадавшую в ходе военных действий. Получение нужного объема средств от европейских инвесторов затруднительно вследствие кризиса, который остро ощущают на себе экономики Старого Света. Что касается США, то у них тоже нет свободных финансовых ресурсов для рискованных внешних вложений. Львиная доля инвестиций уходит на развитие собственной углеводородной промышленности, особенно добычи газа и нефти из горючих сланцев.
В-третьих, инвестиционная привлекательность государства понизилась в силу возросшего уровня возможных политических, экономических и правовых рисков. Это не лучшим образом может сказаться на полном возвращении туда зарубежных концернов, без технологической помощи которых ливийским властям не удастся достичь озвученных планов. Более того, ливийцы не планируют компенсировать иностранным нефтяным и нефтесервисным компаниям убытки, связанные с повреждением оборудования и другой собственности. И хотя многие фирмы на свой страх и риск уже активно приступили к нефтедобыче и достигли 70-80% прежнего показателя, однако этого недостаточно.
В-четвертых, восстановление объемов добычи будет отличаться на различных участках. Например, Сирт — основной бассейн, на который приходится около двух третей производства, весьма сложный и работы там потребуют большего периода времени. В этой связи уместно напомнить, что, судя по заявлениям ливийского руководства, государство планировало выйти на довоенные показатели еще к концу 2011 года, а затем – к середине минувшего года. Как видно, уложиться в обозначенные сроки не удалось. И, пытаясь выйти из сложившейся ситуации, Триполи настоятельно зазывает международных игроков активизировать добычу и отгрузку нефти на экспорт.
Основные игроки
В минувшем году Ливия поставила на внешние рынки 379,5 млн баррелей нефти. Основными потребителями стали Италия — 139,8 млн баррелей (36,8% от общего экспорта), Китай — 48,2 млн баррелей (12%) и Франция — 46,8 млн баррелей (11%). Покупателями сырья выступили итальянские компании Eni и Saras, швейцарская Glencore, испанская Repsol, а также китайская Unipec.
Интерес американских ConnocoPhillips, Hess и Marathon, работающих в Ливии, не столь высок. Ведь поставки из этой североафриканской страны даже до начала военных действий насчитывали менее 1% общего нефтяного импорта США. В то время как европейский рынок погашал около 10% своих нужд за счет Джамахирии, экспортировавшей туда более двух третей добываемого на ее территории топлива.
Тем не менее, американский бизнес не исключает возможной кооперации с европейскими концернами для увеличения производства на ливийском нефтяном поле.
Примечательно, что власть Ливии, хоть и нуждается в иностранных инвестициях и новейших технологиях для восстановления нефтяного хозяйства, но вовсе не намерена идти на поводу у Запада. Доказательством служит процесс проверок на коррупционность сделок, заключенных прежним ливийским режимом с крупными нефтяными концернами.
Относительно результатов этой процессуальной кампании можно сделать несколько предположений. В частности, подобные расследования могут стать серьезным препятствием для иностранцев на пути к расширению бизнеса в Ливии. На эту страну приходится около 14% совокупной добычи Eni, причем в ближайшие 10 лет компания планирует удвоить этот показатель, инвестировав в ливийскую экономику 30-35 млрд долларов.
Кроме того, проверка европейских гигантов способна сыграть на руку США и повысить конкурентоспособность американских нефтедобытчиков, которые вполне могут переориентироваться на Ливию в случае возникновения сложностей на других рынках.
В целом работа ливийцев по привлечению западных фирм ведется успешно. Так, осенью 2012 г. в Триполи прошло крупное профильное мероприятие под названием «Нефть, газ и устойчивое развитие». Среди участников значились высокопоставленные политики и представители бизнес-структур. В своем выступлении Абдуррахим бен Язза, бывший министр нефти Ливии, отметил, что возвращение высокого уровня производства в течение короткого периода стало возможным благодаря недюжинным усилиям. Однако страна не собирается останавливаться на достигнутом, а, напротив, будет стремиться увеличивать имеющиеся показатели до 2 млн баррелей в сутки к 2015 г.
В докладе Нури Берруйена, главы «Национальной нефтяной корпорации» Ливии, подчеркивалось, что страна обладает огромными запасами углеводородов и останется экспортером нефти в течение многих десятилетий. Кроме того, по его словам, государство планирует сотрудничать с международными компаниями на таком же высоком уровне прозрачности, как сегодня.
Тем не менее, заявленная публичность не была положительно оценена внешними партнерами. Ливийская сторона назвала покупателей нефти в 2012 г., опубликовав официальную статистику об объемах и стоимости поставок, но позднее было принято решение не афишировать соответствующие данные текущего года. Справедливости ради стоит отметить, что такого рода закрытость вообще характерна для стран, которые находятся в тяжелом экономическом положении и пытаются выйти из него. Например, Ирак долгое время после свержения режима Саддама Хусейна не предоставлял официальную статистику по нефти. Иран, обложенный многочисленными санкциями, несколько лет назад перестал выкладывать в открытом доступе данные об операциях с «черным золотом».
Эльдар Касаев
Источник: ru.journal-neo.org
